Библиотека knigago >> Фантастика >> Научная Фантастика >> Эмили и её поэты


СЛУЧАЙНЫЙ КОММЕНТАРИЙ

# 1664, книга: WWW.MUSOR.RU
автор: Михаил Николаевич Задорнов

"WWW.MUSOR.RU" - это сборник юмористических рассказов авторства Михаила Задорнова, который исследует абсурдность и глупость современного цифрового мира. Задорнов использует свой фирменный сарказм и остроумие, чтобы высмеять чрезмерное использование технологий, самолюбование и зависимость от социальных сетей. Он высмеивает людей, которые проводят бесконечные часы за просмотром бесполезных видео или тянутся к бессмысленным лайкам и хэштегам. Рассказы в этом сборнике отражают...

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА

Менталист. Коронация. Том 1. Андрей Еслер
- Менталист. Коронация. Том 1

Жанр: Боевая фантастика

Год издания: 2021

Серия: Выиграть у времени

Роберт Франклин Янг - Эмили и её поэты

Эмили и её поэты
Книга - Эмили и её поэты.  Роберт Франклин Янг  - прочитать полностью в библиотеке КнигаГо
Название:
Эмили и её поэты
Роберт Франклин Янг

Жанр:

Научная Фантастика

Изадано в серии:

неизвестно

Издательство:

неизвестно

Год издания:

ISBN:

неизвестно

Отзывы:

Комментировать

Рейтинг:

Поделись книгой с друзьями!

Помощь сайту: донат на оплату сервера

Краткое содержание книги "Эмили и её поэты"

Аннотация к этой книге отсутствует.


Читаем онлайн "Эмили и её поэты". Главная страница.

ЭМИЛИ И ЕЁ ПОЭТЫ

С первого дня работы, едва прибегая в музей, Эмили совершала утренний обход своих владений. Официально её должность называлась «ассистент куратора», и отвечала она за Зал Поэтов. Но сама считала себя вовсе не простым ассистентом, а счастливейшим существом из смертных. Ведь волею судеб она была приближена к Бессмертным — великим поэтам, про которых один из них написал так: «чьих шагов далекое эхо все звучит в коридорах времен»[1]

Поэты в музейном зале располагались не в хронологическом, а в алфавитном порядке. Эмили начинала обход с самого левого пьедестала, от буквы А, и двигалась дальше по плавному полукругу. Альфреда — лорда Теннисона — она оставляла, как сладкое, напоследок. Ну, или почти напоследок. Лорд Альфред был её любимец.

Каждого она приветствовала, и каждый отвечал в свойственной ему манере. Но для лорда Альфреда Эмили всегда припасала особую фразу, а то и две. Например, «сегодня просто чудесный день для сочинения стихов, не так ли?» или «надеюсь, работа над «Королевскими идиллиями» идет лучше, чем вчера?» Конечно, она знала, что Альфред ничего не собирается писать. Антикварная ручка и стопка желтоватой бумаги на небольшом бюро возле его кресла — всего лишь бутафория. Да и таланты андроида простираются не дальше умения декламировать строки, сочиненные его живым прототипом несколько столетий назад. Но что плохого в том, чтобы немного притворится? Особенно если Теннисон отвечает так: «По весне кичится голубь блеском радужной каймы, по весне к любовной грезе чутки юные умы»[2] Или вот так: «О, волшебница сада, явись на зов! Ночь окончилась — поспеши; в блеске шелка, в мерцании жемчугов по ступеням сойди в тиши, солнцем стань, златокудрая, для цветов, и томленье их разреши»[3]

Эмили пришла работать в Зал Поэтов с великими надеждами. Как и совет директоров музея, который, собственно, и выдвинул эту идею, она искренне верила, что поэзия не умерла. Как только люди поймут, что волшебные строки можно просто слушать, а не выискивать среди пыльных страниц, — да к тому же слушать из уст движущейся модели автора в полный рост, — они сразу ринутся в Зал Поэтов. И ни силы ада, ни высокие налоги не встанут на пути их похода в музей.

Но и сама Эмили, и совет директоров просчитались. Среднестатистического жителя двадцать первого века оживший Браунинг волновал настолько же мало, насколько и его стихи в книгах. Что же касается исчезающего вида литераторов, то свои поэтические блюда они предпочитали подавать традиционным способом и несколько раз публично заявляли, что вкладывать бессмертные фразы великих поэтов в уста анимированных манекенов — технологическое преступление против человечества.

Годами никто не заходил в Зал Поэтов, но Эмили всё также вдохновенно ждала посетителей за столиком у входа. И, пока не наступило утро, когда небо поэзии обрушилось, она свято верила: однажды кто–нибудь, оказавшись в украшенном фресками фойе, пойдет не налево, в Зал Автомобилей, и нс прямо, в Зал Электроприборов, а направо — по коридору, ведущему в её вотчину. Войдет и спросит: «А что, Ли Хант[4]здесь? Мне всегда хотелось знать, почему Дженни поцеловала его. Может, он расскажет?» Или: «Уилл Шекспир сильно занят? Давно мечтаю поговорить с ним о меланхоличном принце датском». Но годы летели, и кроме самой Эмили по правому коридору ходили только руководители музея, уборщики и ночной сторож. Понятно, что за долгое время она близко узнала каждого из поэтов и глубоко сочувствовала их невостребованности. В некотором смысле, у неё с ними одна судьба…

В то утро, когда небо поэзии рухнуло, Эмили, не подозревая о надвигающемся бедствии, совершала традиционный обход. Роберт Браунинг в ответ на её приветствие произнес обычное: «А утро к нам приходит в семь, холм блещет жемчугом–росой»[5]. Уильям Купер печально воскликнул: «Горько, горько все равно вблизи своих идти на дно»[6]. Эдвард Фицджеральд — немного нахально, как сочла Эмили — выпалил: «Неверный призрак утра в небе гас, когда во сне я внял призывный глас: «В кабак, друзья! Пусть бьет вино ключом, пока ключ жизни не иссяк для нас»[7]. Минуя его пьедестал. Эмили ускорила шаг. Она никогда лично не встречалась ни с кем из совета директоров музея и не имела возможности высказать свое мнение о присутствии Эдварда Фицджеральда в Зале Поэтов. Она не верила, что у него есть право считаться бессмертным. Да, это правда, свои пять --">

Оставить комментарий:


Ваш e-mail является приватным и не будет опубликован в комментарии.