Библиотека knigago >> Детская литература >> Детская фантастика >> Желтые очки


СЛУЧАЙНЫЙ КОММЕНТАРИЙ

# 2069, книга: Стерва покоряет большой город
автор: Евгения Шацкая

Стерва покоряет большой город Евгения Шацкая Психология "Стерва покоряет большой город" - увлекательная и вдохновляющая книга, которая исследует комплексную тему женской силы и уверенности в себе. Автор, Евгения Шацкая, с ловкостью и юмором предлагает женщинам стратегии и техники для преодоления препятствий и достижения своих целей. Главный тезис книги заключается в том, что женщинам не нужно соответствовать патриархальным ожиданиям, чтобы добиться успеха. Шацкая поощряет женщин...

Валерий Алексеевич Алексеев - Желтые очки

Желтые очки
Книга - Желтые очки.  Валерий Алексеевич Алексеев  - прочитать полностью в библиотеке КнигаГо
Название:
Желтые очки
Валерий Алексеевич Алексеев

Жанр:

Детская фантастика

Изадано в серии:

неизвестно

Издательство:

неизвестно

Год издания:

-

ISBN:

неизвестно

Отзывы:

Комментировать

Рейтинг:

Поделись книгой с друзьями!

Помощь сайту: донат на оплату сервера

Краткое содержание книги "Желтые очки"

Иногда в жизни бывает удача, которую совсем не ждешь. Так случилось со школьником Карпенко, которому тетка подарила три рубля и он смог купить очки, которые позволили слышать чужие мысли…


Читаем онлайн "Желтые очки". Главная страница.

Валерий Алексеев ЖЕЛТЫЕ ОЧКИ

Тетка из Питера, гостившая у нас неделю, подарила мне три рубля.

Это была необыкновенно интеллигентная тетка: в жизни я не видел таких интеллигентных людей. Она ужасно боялась нас стеснить, вставала в шесть часов утра, тихонько одевалась, вышмыгивала из квартиры и исчезала часов до одиннадцати вечера. Не завтракала, не обедала, не ужинала за нашим столом и вообще старалась как можно меньше попадаться нам на глаза.

Мама обижалась, ей казалось, что тетка нами брезгует, а отец был спокоен.

— У них в Питере все такие, — повторял он.

Я в жизни не был в Питере и представлял себе пасмурный город, где люди проскальзывают в тумане и пропадают.

Тетка говорила, что у нее в Москве куча знакомых и что всем им надо нанести визит, поэтому каждый вечер она допоздна занята. Но это была неправда: я видел ее вечером в кафе-молочной у почты, и не один раз, а два, и во второй раз она меня заметила.

Я никому не стал рассказывать об этом (у каждого свои странности), и, должно быть, правильно оценив мое молчание, она и подарила мне три рубля.

Сделала она это тоже очень деликатно и незаметно: сунула на ходу бумажку в карман моих брюк и, хихикая, исчезла, как будто взятку дала.

Я поразмыслил, имею ли право на эти деньги, и решил, что имею: возвращать их было глупо, а отдать родителям — они бы пришли негодование.

Поэтому в один прекрасный вечер, справившись с мытьем тарелок, я вышел на улицу и пошел вдоль трамвайной линии, размышляя, что бы такое на эти три рубля купить.

Улица у нас в те времена была глухая, ни магазинов, ни кино, и потому я обрадовался, когда увидел на углу новый киоск.

Новый — в том смысле, что на этом месте его не было по крайней мере накануне: я десять раз проходил мимо этого места и знаю точно.

И установлен он был на самом краю тротуара, даже чуть-чуть косовато, как будто его только сгрузили.

Киоск был расписан хохломскими узорами, и на его фасаде над окошечком висела табличка: «Предметы».

Я понял так, что предметы чего-нибудь, например домашнего обихода, и обошел киоск вокруг, чтобы дочитать до конца. Но на каждой из восьми стенок висела одна и та же табличка: «Предметы».

Это меня удивило, равно как и то, что место для киоска было выбрано неудачное: тротуар на углу был слишком узок, и, чтобы пройти мимо киоска, надо было протискиваться между ним и стеной.

Я обошел это странное сооружение еще раз — при этом из окошечка зорко на меня смотрели, потом подошел и сказал вовнутрь:

— Простите, а чем вы торгуете?

Внутри что-то зашевелилось в темноте, из окошечка высунулась узкая бледно-розовая рука и положила на крохотный лоточек связку темных противосолнечных очков.

Очки были кустарные: стёкла из толстого желтого плексигласа, а дужки обмотаны тонкой красной проволокой, но выглядели они совсем не плохо и даже оригинально. «Артель какая-нибудь трудится», — подумал я и стал вертеть в руках одни очки за другими. Работа была грубоватая: стекла болтались, и витки проволоки местами были положены неровно.

— А другого у вас ничего нет? — вежливо спросил я.

Внутри киоска то ли хмыкнули, то ли фыркнули, и рука убрала очки.

— Покажите мне, какие у вас есть зажигалки, — сказал я особой уверенности, потому что все стенки киоска были сплошь деревянные, без стекол, и я не знал, продаются здесь зажигалки или нет. Но вроде бы должны продаваться.

Внутри киоска — ни звука.

Мне стало странно, и я огляделся.

Мимо шли редкие, как обычно на нашей улице, прохожие. Они протискивались между стеной и киоском, не выражая никакого недовольства.

Женщина с коляской рассеянно взглянула на меня и, развернув коляску, объехала по мостовой, как объезжают большое, но неинтересное препятствие.

Во мне заговорило упрямство. «Что такое, — подумал я, — какие-то кустари — и ответить не могут по-человечески. Поставили киоск на самом ходу, разбойники».

Я нагнулся, заглянул в окошечко — и сердце мое ёкнуло.

То есть ничего особенного я не увидел, а если честно — не увидел вовсе ничего: темный контур фигуры с втянутой в плечи головой — и взгляд.

Мне не хотелось бы, чтоб на меня еще раз так посмотрели.

— Ладно, — сказал я, — беру очки. Сколько?

Розовая рука положила на лоточек одни очки и, ловко забрав деньги, исчезла.

Войдя во двор, я нацепил очки на нос (сидели они довольно лихо) и принялся рассматривать окна и небо.

--">

Оставить комментарий:


Ваш e-mail является приватным и не будет опубликован в комментарии.