Библиотека knigago >> Документальная литература >> Публицистика >> «Язык наш свободен»

Борис Петрович Екимов , Олег Олегович Павлов , Олег Николаевич Ермаков , Алексей Цветков , Владислав Олегович Отрошенко , Игорь Юрьевич Клех , Светлана Васильевна Кекова , Максим Амелин , Виталий Кальпиди - «Язык наш свободен»

«Язык наш свободен»

На сайте КнигаГо можно читать онлайн выбранную книгу: Борис Петрович Екимов , Олег Олегович Павлов , Олег Николаевич Ермаков , Алексей Цветков , Владислав Олегович Отрошенко , Игорь Юрьевич Клех , Светлана Васильевна Кекова , Максим Амелин , Виталий Кальпиди - «Язык наш свободен» - бесплатно (полную версию книги). Жанр книги: Языкознание, Публицистика, год издания - 2006. На странице можно прочесть аннотацию, краткое содержание и ознакомиться с комментариями и впечатлениями о выбранном произведении. Приятного чтения, и не забывайте писать отзывы о прочитанных книгах.

Книга - «Язык наш свободен».  Борис Петрович Екимов , Олег Олегович Павлов , Олег Николаевич Ермаков , Алексей Цветков , Владислав Олегович Отрошенко , Игорь Юрьевич Клех , Светлана Васильевна Кекова , Максим Амелин , Виталий Кальпиди  - прочитать полностью в библиотеке КнигаГо
Название:
«Язык наш свободен»
Борис Петрович Екимов , Олег Олегович Павлов , Олег Николаевич Ермаков , Алексей Цветков , Владислав Олегович Отрошенко , Игорь Юрьевич Клех , Светлана Васильевна Кекова , Максим Амелин , Виталий Кальпиди

Жанр:

Языкознание, Публицистика

Изадано в серии:

Сборники

Издательство:

неизвестно

Год издания:

ISBN:

неизвестно

Отзывы:

Комментировать

Рейтинг:

Поделись книгой с друзьями!

Краткое содержание книги "«Язык наш свободен»"

Аннотация к этой книге отсутствует.

Читаем онлайн "«Язык наш свободен»". Cтраница - 3.

и просто подслушивая на улице. Так, англоговорящие китайцы невероятно обогатили английский язык удивительным словом drinktea, что означает перерыв на чаепитие в мелкой торговой лавке. Думаю, если во Владивостоке или Хабаровске некие китайцы станут в подобном случае говорить что-то вроде «чаепить», никто этого даже не заметит, в словарь не занесет, в статистику не включит — и правильно сделает. В лучшем случае будет повод усмехнуться. Но не так настроены американцы, со дня на день ждущие появления миллионного слова: на 12 часов 51 минуту 9 октября 2006 г. число слов английского языка = 989 688, а число англоговорящих = 1 508 053 063 — такая статистика приводится на сайте службы.

Ладно, американцам простительно. Но Михаил Эпштейн в своей статье (см. «Знамя», № 1) совершает примерно ту же самую ошибку, к коренным приобретениям английского причисляя слова fanfic или carnography (fanfic состоит из обрубков не английских, а латинских корней, некогда вошедших в английский через французский, а carnography — просто «гиппогриф», чистокровный латиногрек!), при этом паркомату и паркометру, устроенным на тех же принципах по русским словообразовательным моделям, в правах российского гражданства отказывая на том только основании, что у них неславянские корни. Уважаемого профессора сбивает с толку латиница.

Кроме того, в рамках любого языка (русского в том числе) существует множество специальных — например, языки современной науки. Несколько лет назад мой друг-ученый, занимающийся биологией мозга, попросил меня прочесть его докторскую диссертацию и автореферат на предмет грамматики и стилистики. Текст был набран кириллицей, но собственно русскими в нем были разве что служебные части речи да аффиксы, навешанные на латино-греческие корни. Мы долго тогда спорили, вспоминая Ломоносова, Бутлерова, Менделеева, но в конце концов пришли к выводу: создать русскую терминологию во всех областях естественных наук сегодня — идея утопическая. Уверен, что слова, составленные по правилам русского словообразования и аффиксированные верно, даже при наличии заимствованного корня — должны считаться русскими. Правда, отражать их надо в словарях специальных — деловой, юридической, научной (по направлениям) и прочей лексики.

Для языка научного (равно как и для юридического, делового и т. п.) абсолютно безразлична внутренняя форма употребляемого слова, главное, чтобы означало оно только то, что должно означать, то есть осуществляло свою коммуникативную функцию. В поэтическом языке все наоборот: нет ничего важнее внутренней формы и дополнительных значений. Заимствованное слово в поэтическом произведении, как правило, оказывается «торчащим», фонетически неоправданным и не способным к приращению смыслов, если, конечно, именно такая задача сочинителем не ставилась специально. Вопрос не в том, какой из двух языков лучше, а в том, как совместить два противоположно направленных языка в рамках одного общего словаря.

Возможно, необходим такой институт русского языка, где работали бы не только сухие лингвисты, занимающиеся прошлым языка, дотошно фиксируя лишь устоявшиеся формы и значения слов и особенности их употребления, но и писатели, которые занимались бы его настоящим и даже будущим. Но такого, по многим причинам, не будет, и поэтому уже существующему Институту надо всерьез заняться хотя бы довыпуском начатых словарей, а современный русский язык предоставить самому себе, благо, что охранительный инстинкт в нем достаточно силен. Язык сам разберется, сам отделит зерна от плевел — лингвистам останется только со временем зафиксировать то, что возникло и прижилось. А заимствованных слов бояться не стоит, поскольку заимствованными в разное время являются и такие, как хлеб, деньги, книга, художник, поэзия, проза…

Борис Екимов

Подобного рода дискуссии ли, разговоры, о чем бы ни велись они — о судьбах России или русского народа, о дне сегодняшнем художественной литературы или, как ныне, о состоянии русского языка, — протекают примерно одинаково. Одни заупокойную молитву читают, другие поют аллилуйю.

Так было во времена могучих витий веков прошлых: протопоп Аввакум, Чаадаев, Пушкин, Тютчев, Герцен, Белинский, Достоевский, братья Киреевские, Самарин.

«Философические письма», «Выбранные места из переписки с друзьями» и — ответом — знаменитое письмо

Оставить комментарий:


Ваш e-mail является приватным и не будет опубликован в комментарии.