Библиотека knigago >> Проза >> Контркультура >> Тыы-ы! Давай сбежим отсюда вместе!..

Олег Панфил - Тыы-ы! Давай сбежим отсюда вместе!..

Тыы-ы! Давай сбежим отсюда вместе!..

На сайте КнигаГо можно читать онлайн выбранную книгу: Олег Панфил - Тыы-ы! Давай сбежим отсюда вместе!.. - бесплатно (полную версию книги). Жанр книги: Контркультура, год издания - 2008. На странице можно прочесть аннотацию, краткое содержание и ознакомиться с комментариями и впечатлениями о выбранном произведении. Приятного чтения, и не забывайте писать отзывы о прочитанных книгах.

Книга - Тыы-ы! Давай сбежим отсюда вместе!...  Олег Панфил  - прочитать полностью в библиотеке КнигаГо
Название:
Тыы-ы! Давай сбежим отсюда вместе!..
Олег Панфил

Жанр:

Контркультура

Изадано в серии:

неизвестно

Издательство:

Сибирское университетское издательство

Год издания:

ISBN:

978-5-379-00494-1

Отзывы:

Комментировать

Рейтинг:

Поделись книгой с друзьями!

Краткое содержание книги "Тыы-ы! Давай сбежим отсюда вместе!.."

Я безмерно счастлив познакомить вас с живым автором. Нет-нет, я говорю вовсе не о том, что какой-то «автор умер», я о том — что ЖИВ. Настолько жив, что все — внутри и вокруг — уходит в сверкающий водоворот слов-ощущений-эмоций. Олег Панфил, родом из Приднестровья, Транснистрии («Нистру» — молдавское название Днестра) — с закрытыми глазами входит в новый тип нарратива, который, несмотря на отчетливое авторское «я», предлагает выход из. Выход туда, где за сырой плотью не-литературного дневника, заикающегося невнятицей выговоренного текста, возникает (впрочем, он был всегда) иной мир — безумно красивый, сумасшедший, жестокий и невероятно добрый. Вместо того, чтобы кремировать текст критико-литературоведческой лабудой, мне хотелось бы привести аналогию из совершенно другой области. Как-то раз, мы с Юлей, моей женой, были в фольклорной экспедиции в Кемеровской области. Устав от алкоголических деревенских бредней, мы вышли на трассу, поймали КАМАЗ и тремя часами спустя оказались в очень-очень странном месте. Был вечер, небо — синее, истошно-прозрачно-синее. А мы… мы стояли около гигантского песчаного карьера. Вокруг никого, совсем никого, только маленькие зеленые сопки, цветы… Я заглянул в карьер и увидел невероятное. Там, в глубине, была проложена железная дорога. Круговая. И по этой железной дороге наворачивал круги маленький желтый паровозик без вагонов. Я подумал, что это галлюцинация. Нет, все было действительно так. Без дури, без кислоты — это был самый потрясающий трип в моей жизни. Этот карьер, похожий на греческий амфитератр, этот паровоз — осязаемо железный, желтый — не знаю, как сказать, чтобы стало понятно — вспомнился мне, когда я вошел в текст Олега. Этот текст поначалу меня не впускал, казался мне «сделанным». Но только несколько первых страниц, чтение которых оказалось тем временем, которое предшествует Входу. Дальше все завертелось. Сквозь. Через. Корявость слова обернулась единственно возможной, выверенной четкостью. Крышу снесло напрочь. Все, для предисловия — достаточно. Дальнейшие мои рассуждения не имеют смысла, текст нужно просто читать. Все остальное — в послесловии.
Владимир Иткин
Текст содержит ненормативную лексику


Читаем онлайн "Тыы-ы! Давай сбежим отсюда вместе!..". Главная страница.

Олег Панфил Тыы-ы! Давай сбежим отсюда вместе!.

Должен вас расстроить: всё это произошло в действительности.

И продолжает происходить.

Всё это, блятть! — да! правда!

Я придумал только имена, да и то не все.

Я — челнок. Просто челнок — между вами и неизвестностью.

Таких, как я — уйма. Но их ломает писать.

В отличие от меня:-)

тест первый Извне, шепот


В детстве — дошкольном — я доверительно рассказывал своей подружке Тоньке о том, что везде расставлены камеры. Везде, как теодолиты, расставлены на равных расстояниях какие-то светло-охристые зрачки пространства. Они видят всё. Не для того, чтобы заложить всех нас, а просто так. Чтоб мы не оставались без внимания.

Без этого безразличного внимания извне. Меня с тех пор занимают вещи странные, отдалённые, оживляющиеся от тоски по многому — от тоски по Всему. Живут эти вещи в самых подходяще — неподходящих местах — везде, где придётся-живётся, где карабкается-прорастается в будущее, в прошлое, влево, вдаль, и совсем не всегда ввысь, — не в эту веками трахающую всё, что шевелится, высь. Почему мы должны жрать на новый год салат оливье? и хотеть, чтобы сбылось в будущем году? Что сбылось чтоб, зайчики? Опять салат оливье? Как нужно хотеть — чтоб что-нить другое? Как делать, чтоб сделалось что-нить другое? Другое в принципе, но такое — чтоб его потом хотелось.

И вот эта вот хотючесть — как с ней? Вот два типа людей я знаю: одни ахают и умирают от цветов, другие — от плодов. Паморок у них в голове делается, как увидят спелую абрикосу на дереве у наших дверей — глаза горят, как прожекторы — хватают — кусают, и только потом видят нас и здороваются…

Мне их жалко, потому что их сожрут раньше всех.

Вот Митька этих вторых брюнетами называет. Я по его классификации — брюнет, но честный. По его утверждению, честный брюнет — это то, чего не бывает. Но я есть.

Я есть, Митя? По моей классификации — я не брюнет. Потому что мне больше всего цветы нравятся.

Плоды — куда ж они денутся. Сожрутся, канешна. А в цветах — есть и то, без чего и обойтись было б можно, но — не обходится. Без этого жеста (ни для кого — для этих золотистых зрачков — без красоты самой по себе — не для пчёл) и не будет плодов. Я хороший, просто обосраться можно. Ну, — цветы жизни! Поэтому и сожрать меня трудновато. Кто ж цветы ест? Наше сознание родилось не только из пиздежа на кухнях.

Оно ещё изредка продувается скозняками извне. Есть много странных мест — в холмах, укромных долинах, на уступах, скалах и утёсах при море, — там отчего-то это Вне ближе.

Там заметней, что оно всегда рядом.

Но оно всегда рядом — и на наших кухнях.

Я вот сижу и пишу всякую чушь. Мне интересно — а из этой чуши, пролетающей повседневно, из этого мелкого мусора мысленного, из пылинок в воздухе, роящихся в луче домашнего света, из мелочности, которая — наш удел… из этого — получится?

Что получится?

Ну, да-да-да! — то же самое, — съебаться.

Ускользнуть. От этого невидимого беззвучного прибоя серной кислоты, — волна за волной растворяет наше тело и дух. И ещё один прибой бьется о стены изнутри — удар за ударом, удар за ударом — ЧТО-ТО ВНУТРИ — как написал Женька. Изнутри рвётся наружу.

Может, они рвутся друг к другу — эти два океана? Может, это всё — один океан, разлучённый такой вот мусорной плотиной? и смертью он мстит нам за эту разлуку? сносит плотину?

а перед этим долго сносит башню.

Ну, поехали!

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ


Наш сосед по двору — восьмидести-с-лишним-летний дядя Петя — однажды поделился со мной странным мигом. Он — Телец, еврей и лучший золотарь всех времён и народов. Правда, это его сантехническое реноме — в прошлом. С тех пор, как из-за катаракты стал слепнуть его единственный глаз. А второй глаз, вместо которого он носит стеклянный недурственный evergreen, Петя проиграл в карты на чердаке в послевоенном бандитском городе. Он его проиграл, а потом пригрозил ментами бандюгану, выигравшему этот глаз. И бандюган вынужден был купить Пете очень недешёвый по тем временам глазной протез. Правда, для непосвящённых есть совсем другая история: Петя потерял глаз на войне и в доказательство, в воздухе — прямо перед носом у всяких проверок счётчиков — потрясает инвалидской книжкой.

Купленной в незапамятные годы.

Он очень органично входит в роль.

Но не зарывается: о боях никогда не

Оставить комментарий:


Ваш e-mail является приватным и не будет опубликован в комментарии.