Библиотека knigago >> Приключения >> Исторические приключения >> Агония. Византия

Жан Ломбар - Агония. Византия

Агония. Византия

На сайте КнигаГо можно читать онлайн выбранную книгу: Жан Ломбар - Агония. Византия - бесплатно (ознакомительный отрывок). Жанр книги: Исторические приключения, год издания - 1993. На странице можно прочесть аннотацию, краткое содержание и ознакомиться с комментариями и впечатлениями о выбранном произведении. Приятного чтения, и не забывайте писать отзывы о прочитанных книгах.

Книга - Агония. Византия.  Жан Ломбар  - прочитать полностью в библиотеке КнигаГо
Название:
Агония. Византия
Жан Ломбар

Жанр:

Исторические приключения

Изадано в серии:

неизвестно

Издательство:

Octo Print

Год издания:

ISBN:

неизвестно

Отзывы:

Комментировать

Рейтинг:

Поделись книгой с друзьями!

Краткое содержание книги "Агония. Византия"

Книги Ж. Ломбара "Агония" и "Византия" представляют классический образец жанра исторического романа. В них есть все: что может увлечь даже самого искушенного читателя: большой фактический материал, динамический сюжет, полные антикварного очарования детали греко-римского быта, таинственность перспективы мышления древних с его мистикой и прозрениями: наконец: физиологическая изощренность: без которой, наверное, немыслимо воспроизведение многосложности той эпохи.


Читаем онлайн "Агония. Византия" (ознакомительный отрывок). Главная страница.

Жан Ломбар Византия

Агония

Теодору Жану

Тому, кто с некоторыми другими, несмотря на неприязнь и неблагодарность, остался другом прежних дней.

Жан Ломбар
«Зверь, которого ты видел, был, и нет его, и выйдет из бездны, и пойдет в погибель; и удивятся те из живущих на земле, имена которых не вписаны в книгу жизни от начала мира, видя, что зверь был, и нет его, и явится».

(Апокалипсис, XVII, 8).

Предисловие

. Иллюстрация № 1

В прекрасном предисловии, которым Поль Маргерит украсил новое издание «Византии», он в нескольких сильных и сжатых страницах сказал о Жане Ломбаре все, что следовало сказать. С увлечением друга и проницательностью критика он изобразил Жана Ломбара, как человека и как писателя. Поэтому мне остается добавить очень немного.

Он был из рабочей среды и сам создал себя. Я хочу, между прочим, указать на одну истину. Чем дальше мы идем вперед, тем чаще все, выделяющееся из всеобщего ничтожества, силой мыслительной или социальной своей силой, исходит из народа. Именно в народе, еще девственном, несмотря на разврат, в который его вовлекают, сохранилась древняя мощь нашей расы. Все аристократии умерли. Наши буржуазные круги, обессиленные роскошью, терзаемые раздражающими аппетитами, дают слабые отпрыски, не способные к труду и настойчивости. Жан Ломбар, утонченный поразительной работой ума, сохранил в себе от пролетариата твердую веру народа, его сильный энтузиазм, грубое упорство и простодушную веру в благодетельную справедливость будущего. И это помогло ему прожить свою жизнь, слишком короткую по числу лет и слишком долгую и тяжелую по той борьбе со страданиями и нуждой, которую он вынес.

Мне было больно, что Анатоль Клаво, добросовестный и честный ученый, в котором Нормальная Школа не могла подавить смелости и широты ума, отнесся настолько сурово к Жану Ломбару, что бесповоротно не признал его большой и жестокий талант.

Пусть он прочтет Агонию.

Может быть, он был неприятно поражен варварским, буйным, безумно–многоцветным стилем, выкованным из технических терминов, точно заимствованными из справочных словарей по античной древности. Но он признает, что, несмотря на недостаток вкуса и отсутствие меры, в этом стиле есть широкий размах и великолепная звучность в нем, стук броней в битве, стремительный бег колесниц, даже сильный запах крови и диких зверей, запах времен, которые воскрешает Ломбар. Он признает еще в особенности ту силу человеческих видений, своего рода исторической галлюцинации, благодаря которой этот плебей понял и восстановил картину гнилой цивилизации Рима в эпоху Элагабала. Произведение величественное и жестокое, великолепное в своем однообразии… Вереницы людей проходят в судорожных движениях оваций, в суровых позах воинских шествий, в волнующих чувства процессиях бесстыдных религий, в стремительном потоке восстаний. Это безумно и мрачно, полно криков и печально: целый народ теней, вызванный необузданной силой из небытия.

Агония – это Рим, завоеванный и оскверненный сладострастными и свирепыми культами Азии; это непристойный триумфальный въезд прекрасного Элагабала, в золотой митре, с румянами на щеках, окруженного сирийскими жрецами, евнухами, нагими женщинами и безбородыми фаворитами; это – поклонение Черному Камню, идолу, объединяющему в себе два пола, гигантскому священному Фаллосу, вознесенному на престол во всех дворцах и храмах среди изумительной проституции императриц и принцесс, неистовая похоть обезумевшего народа, колоссальное, все разрушающее ироническое безумие, разливающееся в избиениях христиан, в яростных криках цирка и в пожарах.

Не следует, однако, думать, что писатель ограничивается описанием храмов, архитектуры, кровавых церемоний и изображением странных обрядов и гнусных нравов. Конечно, Жан Ломбар – ученый. Он знает все до малейших предметов, которые украшали какой–нибудь угол триклиния богатого римлянина, знает название драгоценной материи, которая едва прикрывает наготу женщин и юношей; он не забывает ни одного документа, ни одного характерного явления, воскрешающего минувшее. Но в этом изумительном ученом, который переживает целую пластическую эпоху, скрыт глубокий мыслитель; он наблюдает и разъясняет

Оставить комментарий:


Ваш e-mail является приватным и не будет опубликован в комментарии.